Jul. 10th, 2011

eglenn: (Default)
По ходу обсуждения очередной словески мы с Серой Зоной в аське присматривались к сюжету «Часа Быка», и сошлись на одном впечатлении – финал романа, гибель Фай Родис, - притянут за уши, и внутренней логикой не обосновывается вовсе.
Надо отметить, чтобы не вызвать праведный гнев поклонников Ефремова (лично я тоже отношу себя к их числу) – книги, которые не произвели впечатления, не служат предметом для анализа, всматривания и обдумываний. Я никогда не понимала той части восторженных фанов , для кого единственное дозволительное отношение к предмету обожания – разнообразное проявление восторгов, а любой критический анализ считается обливанием грязью, доказательством обилия дерьма в душе разбирающего, стремлением очернить, низвести и запачкать, и так далее, и тому подобного. Автор любого текста, сколь угодно классического и знаменитого – тоже человек с живой кровью и плотью, и с живой душой. Никакой человек не может априори быть непогрешимым, и когда начинается такое отношение к автору – автору художественного творчества ли, концепции, все равно – начинается идолопоклонничество, сектантство и бездумие. И уж кто-кто, а Ефремов меньше всего заслуживает такого отношения. Не знаю, понравился бы такой подход ему самому – спросить уже не у кого – но это, по-моему, дело второстепенное. Важно, что Ефремов, слава те господи, не Хаббард.

В общем, подобные пристрастные анализы возникают лишь там, где книга сделалась частью души.

Честно сказать, не я одна, и не мы одни с Зоной замечали, что изложенные академическим стилем ефремовские категоризмы, вложенные в уста его героев, далеко не всегда обоснованы, и частенько, видимо, просто отражают авторскую убежденность. Чего стоит одно заявление, что на Земле мужчины не выступают с сольными танцами в принципе, ибо «только женщины способны передать своим телом все волнения, томления и желания, обуревающие человека в его поисках прекрасного». Как такое впечатление сложилось в ефремовской голове?.. Все великие мужчины-танцовщики зачеркнуты одним росчерком пера… И как это на его Земле исторически сложилось? Отошли в прошлое драмы соперничества, хорошо – а историческая тематика, а философская тематика землян не привлекает?.. А вся галерея мужских исторических и мифологических образов не просится к воплощению?.. Неужто и Спартака с Прометеем забыли?..
Впрочем, цельности мира категоризмы не мешают, скорее наоборот, придают своеобразие менталитету персонажей. Составляют немалую нотку в их специфическом обаянии. А что истово верят в правоту своих мнений – так иначе они бы и не были столь запоминающимися типажами…
Ну ладно. Начали мы глядеть подробнее на финал ЧБ, дабы обосновать ощущение неправильности – доказательно. Прямо по цитатам.
Итак , финал, критическая сцена…

«- Так они хотят захватить нас в отсутствие Чойо Чагаса! Пытками заставить что-то сделать для них, а то и просто убить нас, чтобы на корабле покарали Чагаса, это несомненно. Таэль, милый, спасайте Вир Норина. Берите СДФ из святилища, отведите подальше и связывайтесь с ним. Он у себя, я сумею разбудить его, а вы условьтесь, куда ему спрятаться. Скорее, Таэль, нельзя медлить. В первую очередь они попытаются захватить меня. Скорее! Я тоже буду вызывать его из своей комнаты.
- А вы, Родис? Как же? Если им удастся?
- Мой план прост. Я буду обороняться защитным полем СДФ, пока не поговорю со звездолетом. Дайте координаты места в заброшенном саду, где сажали дисколет при ранении Чеди. На подготовку дискоида потребуется часа полтора. Еще около двадцати минут, пока прилетит Гриф Рифт. Батарей девятиножки хватит на пять часов, даже при непрерывном обстреле. Запас времени у меня огромный. Когда спрячете Вир Норина, возвращайтесь с девятиножкой и ждите меня около выхода из четвертой галереи. Я поставлю мой СДФ на самоуничтожение при разрядке и уйду вниз, пока они будут беситься вокруг. Не бойтесь, я ориентирую взрыв вверх, чтобы не повредить здания и не обнаружить хода в подземелье.»


Итак. Смотрим раскладку.
У Родис в распоряжении СДФ с полным зарядом.
Имеется вход в подземелье, которым Родис только что пользовалась.
Вир Норина она зовет мысленно, ментально, не пользуясь для этого никаким оборудованием.
Родис может воздействовать на находящихся в поле ее внимания людей, чтобы те ее не замечали.
«У главных ворот собралось несколько "лиловых" с командиром во главе. Соблюдая формальности, он потребовал карточку Таэля, не замечая идущей с ним рядом земной женщины», - и т.п.
Может приказать умереть – даже Чагасу, который отнюдь не гипнабелен – и тот, как миленький, умрет. Может внушить местным служакам , что угодно.
Кто ЧБ любит, тот цитаты про все это помнит.
Далее.

СДФ обладает инфразвуком, способным устрашить и разогнать огромную толпу.
В снаряжение входят усыпляющее оружие, заряженное наркотиком.
Упоминаются так же «батареи психического действия, созданные на случай нападения животных. Эти батареи разогнали бы одичавших тормансиан, вызвав у них чувство животного ужаса.» Упоминаются так же некая успокоительная музыка и газ временной радости.
Трое землян уже погибли в Кин-нан-те. Реальность, а не гипотетичность, возможной гибели очевидна по самое немогу, дальше уже некуда. После этого трагического инцидента необходимость позаботиться о несмертельном оружии (коль скоро смертельное отвергается априори) - по логике вещей, дело непременное и обязательное.
Но даже если мы не заботимся о батареях психического действия, о газе радости и об этой загадочной музыке – у нас остается СДФ, вход в подземелье, крутые гипнотические способности – похлеще джедайских. Остается так же физическая форма, несравнимо превышающая тормансианскую.

Кроме того:
«- Конечно, у каждого СДФ есть резательный луч, инфразвук для обрушения препятствий, наконец, фокусированный разряд...»
Заметим, что любое из этих средств можно применить не только для уничтожения, но и для устрашения, или для нейтрализации врага – ослабив мощность. Мощность защитного поля СДФ регулируется. Тем более абсурдно предполагать, что мощность луча и разрядов не регулируется в принципе. Еще непонятнее, почему тем же самым резательным лучом нельзя ударить по морде злодейского аппарата, въехавшего внутрь поля – чтобы вывести аппарат из строя. Непонятно, почему нельзя любым средством пугнуть нападающих – всерьез, но не убивая. Гуманизм? Но заметим, что гибель – не пугалово, не ранение, а гибель! – нападающих в результате взрыва СДФ для Родис не вызывает никаких моральных проблем, см первую цитату. Убить их взрывом, убежав в подземелье – можно.
Убить, оставшись в комнате – нельзя. Пытаясь прорваться через них к выходу, с риском гибели нескольких нападающих ( подозреваю, что в этом раскладе жертв не было бы много, ибо тормансианские вояки всегда были смелы лишь при превосходстве и собственной безопасности) . Снизить мощность разрядов или луча и пойти на прорыв, раня, а не убивая – нет, тоже нельзя.
Только и скажешь, поглядев на всю эту совокупность – какого х… ?!

Итак, наконец притащенное карателями устройство полезло взрезать защитное поле.
И что делает Фай?
Забывает о своих способностях внушения толпе.
Не бежит в подземелье.
Не врубает инфразвук.
Не применяет пистолет с отрубающей наркотой. Ну хорошо, положим, не было их в ее комплекте СДФ , гибель троих друзей осторожности не научила.
Не использует в несмертельном , а в травматическом режиме множественные прибамбасы СДФ.
Наконец, на протяжении всего текста самообладанию Фай и ее способности не идти на поводу у эмоций можно только позавидовать. В сцене с Эр Во-Биа она не теряет контроля над собой даже под воздействием мощного наркотика.
Нет и еще раз нет. Хладнокровную героиню внезапно охватывает совершенно на нее не похожая паника, едва не сказать – истерика, с непременным решением убить себя. Фай вызывает Гриф Рифта, и ее трогательно-отчаянная речь затмевает всё вышеуказанное.
По крайней мере, мне затмила, когда я впервые читала, в юности.
«- Поздно, Гриф! Я погибла. Гриф, мой командир, я убеждаю вас, умоляю, приказываю: не мстите за меня! Не совершайте насилия. Нельзя вместо светлой мечты о Земле посеять ненависть и ужас в народе Торманса. Не помогайте тем, кто пришел убить, изображая бога, наказующего без разбора правого и виноватого, - самое худшее изобретение человека. Не делайте напрасными наши жертвы! Улетайте! Домой! Слышите, Рифт? Кораблю - взлет!»

Это все правильно, но зачем же стулья ломать?… то бишь собственную шею?!..

Зона показывал мне цитаты из обсуждения ситуации в Кин-нан-те на каком-то форуме, где землянам предлагалось действовать, как героям современного боевика – ну, не убивать местную банду, конечно, но нагло запугать. Да, такое действительно невозможно – не технически, а просто потому, что ефремовским землянам это не пришло бы в голову. Но тут-то Фай уже пришло в голову убить всех нападающих взрывом СДФ! А по ходу текста от защитных полей землян гибнут: стражи Чагаса в эпизоде с Залом Мрака, Янгар в эпизоде с Эр Во-Биа…И ни в одном случае – ни малейших сожалений. Земляне просто не замечают этих смертей. Однако носятся, как с писаной торбой, с садистами-оскорбителями, даже после виденных тут же садистических сцен не решаясь их даже всерьез шугануть, лишь бы не рисковать их жизнями... Выглядит это так, как будто пассивное убийство – типа я же сам не стрелял - моральных проблем не вызывает вовсе. Если представить эти ситуации в реале – смотрится все это морально очень странно.
Ну ладно, это так, к слову.

И вот я читаю интервью с Ефремовым, старое, конечно. И вдруг нахожу ответ.

ВОПРОС. Определенно ли знаете вы в начале работы, чем закончится роман? Видите ли вы последнюю главу романа?
ОТВЕТ. Да, я знаю вполне определенно, чем закончится роман. Вижу и последнюю главу. Мне это всегда ясно. И всегда мои романы заканчиваются именно так, как я и предполагал. Для меня здесь не бывает никаких неожиданностей.

И здесь, мне думается, уместно будет заметить, что именно эта сторона работы - неумение заранее видеть конец, непродуманность, неясность - особенно характерна для молодых, начинающих фантастов. Иногда их "фантазия" убегает так далеко, уводит в такие дебри, что авторы сами приходят в ужас, как выбраться, как свести концы с концами. И это вовсе не потому происходит, что герои будто бы "сами живут". Ничего подобного! В таком несовершенном произведении и герои - схемы. Все беды тут происходят от неумения заранее увидеть конечную цель своего повествования.


Вот любил он категоризмы. Спору нет, такая крайность встречается. Вон Иарчег ее исповедовал с самого начала, с похожим апломбом, помнится, утверждая, что планирующие сюжет и финал – подлецы и мерзавцы, в которых нет живой души, а персонаж должен жить и вести автора, и только тогда текст настоящий. Тот же эффект некогда сгубил нам кучу потенциально неплохих словесок, в которых мы, тогда неопытные, перлись на поводу у сиюминутной локальной идеи, и в итоге все рушилось под горой несообразностей и логических нестыковок, быстро доходящих до того, что игнорировать их не получалось, и продолжать с ними – тоже.
Но мы-то это мы, а вот каким образом мудрый Ефремов, так серьезно работая над романом, проигнорил в финальной сцене столько логических неувязок - чудно. Ведь если уж по задумке непременно нужно погубить главную героиню – почему нельзя смоделировать обстоятельства внутри мира так, чтобы они были подлинно непреодолимыми, чтобы безвыходность ситуации стала достоверной и обоснованной?
Создается впечатление, что все эти нюансы для Ефремова вообще не имели значения, что он не обращал на это внимания, может быть, считал непринципиальным.
Далее, он говорит в интервью о том, что лишь продуманные персонажи могут быть живыми (и это так). Но все же очень, очень трудно представить себе общество, в котором «ефремовский» стиль речи , эти постоянные чтения друг другу лекций, будет естественным. Ибо у него ведь отнюдь не только культура речи. У него именно чтение лекций друг другу и всем окружающим по любому поводу, в уместной и неуместной ситуации, с чужими, со своими, между собою... Кажется, если на Земле в незнакомом месте один землянин спросит другого, где здесь находится сортир, спрошенный будет пять минут минимум читать лекцию о гигиене с обзором исторических традиций и выводом о том, как хорошо устроены сортиры в Эру Встретившихся Рук. И главное, совершенно непонятно, почему именно лекционная манера речи – условие высокой духовности. Каковой ефремовские земляне, несомненно, обладают.
Это я говорю не к тому, что Ефремов плох и неправ. Это к тому, что мне лично непонятно, почему у него сложилось именно такое мнение, такой образ.

Короче, почему Ефремов грохнул свою героиню – раскрылось. По концепту грохнул. Доктор сказал – в морг, значит, в морг.

К слову, интересный нюанс: Ефремов все-таки подыгрывает персонажам в том, что протяжении всего романа он ни разу не ставит их в условия, когда от их выбора активно применить силу, с возможностью гибели нападающих, зависела бы не их собственная жизнь, а жизнь других, беззащитных. А ведь в реальном инферно таких ситуаций могло бы быть – пруд пруди…

Ну, впрочем, я не в претензии. Если бы исполнить все эти «пожелания трудящихся», был бы не Ефремов, а нечто иное, да и не сумел бы он, наверное, все это исполнить хорошо, оставшись собою.

Profile

eglenn: (Default)
eglenn

May 2012

S M T W T F S
  12345
6789101112
131415 16171819
20212223242526
2728293031  

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 22nd, 2017 06:16 am
Powered by Dreamwidth Studios